Украина – детонатор для перезагрузки мира

То, что события, происходящие на Украине, в буквальном смысле взорвали экономический и политический миропорядок, уже стало понятным даже для самых скептически настроенных граждан. Буквально с первых дней российской спецоперации стали очевидными стремительно сгущающиеся краски поляризации мира. И именно это вначале вызвало у рядового российского обывателя некоторое изумление: вроде бы в пределах мирового экономического (а тем более, политического) расклада Украина играла не бог весть какую роль, а тут такое…. Ни больше, ни меньше – спусковой крючок, в прямом смысле взорвавший едва удерживавшийся доселе в относительном равновесии процесс противостояния России и так называемого коллективного Запада.

Прямыми причинами, побудившими российское руководство принять радикальное решение о начале спецоперации, было беспрецедентное за последние полвека обострение противоречий в однополярном мире при полном стремлении США к безоговорочной гегемонии и сдавливание российских границ при помощи ударных вооружений НАТО. При этом нам в последние десятилетия приходится в числе прочего настороженно оглядываться на небывалый экономический скачок Китая, пока что позиционирующего себя нашим политическим партнером. В этих условиях Россия вынуждена была отказаться от прозападного курса, навязанного нам в горбачевско-ельцинский период нашей недавней истории. И это решение было действительно вынужденным, потому что стало ясно, что Запад ни при каких обстоятельствах не желает, да и никогда не желал видеть в нас равноправного партнера, причем даже в пресловутые 90-е годы.

Чтобы это утверждение раскрыть с окончательной ясностью, давайте обратимся к периоду истории с середины XX века и до начала 2000-х годов. Те, кто занимается историей международной политики хотя бы на порядок глубже простого обывателя, должны помнить, что так называемая холодная война вступила в фазу полноценной динамики в начале 50-х годов, хотя сигналом к ее активации считается Фултонская речь Уинстона Черчилля. Произнесена эта речь была 5 марта 1946 года, и через неделю на нее последовала реакция Иосифа Сталина в интервью газете «Правда», поставившего Черчилля в один ряд с Гитлером. Незадолго перед этим, 22 февраля 1946 года, канцелярией посольства США в СССР была зарегистрирована так называемая «Длинная телеграмма» заместителя посла Соединенных Штатов в СССР Джорджа Ф. Кеннана, в которой он убеждает президента Трумэна в невозможности и исторической бесперспективности сотрудничества с СССР.

Тем не менее, впоследствии, в период правления Н.С. Хрущева, несмотря на всю его импульсивность и экстравагантные поступки вроде инцидента с ботинком на трибуне ООН, СССР всячески пытается найти общий язык с западным миром. Многие европейские историки, к примеру, акцентируют внимание на переговорах 1954 года министра иностранных дел В.М. Молотова о сотрудничестве СССР и НАТО, подчеркивая то обстоятельство, что в одном из направлений переговоров рассматривалось даже возможное вступление нашей страны в этот блок. Ответным ходом СССР готов был согласиться даже на объединение Германии. Чтобы до конца понять причины, побуждавшие руководство нашей страны нащупывать нити сближения с Европой и США, нужно помнить, что в начале 50-х годов были еще свежи в памяти союзнические действия в недавней войне, и страны Запада не воспринимались как безоговорочные политические противники. Однако то, что Москва позиционировала себя как лидер по обеспечению коллективной безопасности Европы, дало повод европейским странам и США отказать Советскому Союзу в членстве в Североатлантическом блоке, и в мае 1955 года был образован Варшавский договор как противовес НАТО. Кстати, чуть позже советская делегация на Женевском саммите в июле 1955 года, по воспоминаниям Андрея Андреевича Громыко, снова сделала следующее заявление: «…что если единственной целью НАТО является мир, то у Советского Союза не может быть никаких возражений против вступления в НАТО», но президент США Эйзенхауэр заблокировал это предложение.
Истинные причины отказа Запада от сближения с СССР в начале и в середине 50-х годов можно постичь, если вспомнить несметное количество откровенно агрессивных шагов лидеров Великобритании и США в отношении СССР, предпринимавшихся ими с последних лет Второй мировой войны, несмотря на военное союзничество. К примеру, в апреле 1945 года премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль распорядился о подготовке плана вооружения пленных немцев их же трофейным оружием для войны против Советского Союза. Это должно было помешать нашей армии разгромить фашистов на подступах к Берлину и дать возможность англо-американским войскам занять побольше территорий, включая сам Берлин. Далее, после окончания Второй мировой войны, в октябре 1945 года, штаб армии США тогда еще под руководством Дуайта Эйзенхауэра по приказу президента Гарри Трумэна начал разработку плана «Тоталити», согласно которому на 20 советских городов должны были быть сброшены 20–30 ядерных бомб. Кстати, именно Эйзенхауэр после создания в Советском Союзе атомной бомбы заявил: «Отныне, впервые в своей истории, американцы вынуждены жить в условиях угрозы полного уничтожения», положив тем самым начало распространению термина «советская угроза».

Затем, в 1990 году в самый разгар разрушительных процессов в стране было обращение первого и последнего президента СССР М.С. Горбачева, направленное к госсекретарю США Джеймсу Бейкеру: «Вы говорите, что НАТО не направлено против нас, что это структура безопасности, которая адаптируется к новым реалиям. Предлагаю вступление». На это, по словам западных журналистов, Джеймс Бейкер, не утруждая себя поиском дипломатических выражений, ответил просто: «Вам это, наверное, снится». В следующем году уже первый президент России Б.Н. Ельцин вновь озвучил это предложение, однако ответная реакция не изменилась.
Впрочем, думается, ничего иного нечего было и ждать, потому что с первых лет своего функционирования НАТО жестко придерживается озвученного еще в те годы принципа агрессивного сдерживания сначала СССР, а затем и России. Еще в далеком 1949 году первый генеральный секретарь НАТО Гастингс Исмей ясно заявил: «Нужно держать русских снаружи, американцев внутри, а немцев – в узде». Конечно же, некоторые реалии современного мира требуют корректировки подходов, но основные принципы, как видим, не меняются.

Сегодня становится очевидным стремительно расширяющийся раскол мира на сторонников и противников западного доминирования. Запад слабеет, и только кинематика разогнавшегося за последние три века экономического локомотива поддерживает в нем высокую политическую значимость. Россия и Китай, чьи экономические и политические амбиции никак не укладываются в очерченные Западом рамки периферийного развития, объявили себя в современном мире мятежниками. И если Китай еще ведет себя относительно сдержанно по причине огромного объема экономических связей с США, то для России европейцы и американцы не оставили никакого пространства для маневра: стремительное расширение военной инфраструктуры НАТО по направлению к нашим границам и в зоны наших стратегических интересов, беспрецедентное политическое и экономическое давление – по выражению нашего президента, «как нож к горлу».

Значение Украины для стратегического эволюционного пространства России всегда было очень высоким. Именно поэтому на деструктивное развитие этого далеко не постороннего для России народа сделал ставку Запад. Тайвань для Китая, хоть и не является столь сакральной частью его духовного и политического мироощущения, как Украина для России, но, тем не менее, может вполне претендовать на первые позиции в числе важнейших принципов китайской политики. И этот фактор используется и будет использоваться впредь Штатами для давления и политического манипулирования ситуацией в регионе.
Более того, уже не вызывает никаких вопросов недобросовестная игра Соединенных Штатов с, казалось бы, преданным своим союзником – Евросоюзом. В последнее время как-то стало отодвигаться на второй план обстоятельство выхода Великобритании из Евросоюза. Однако если спроецировать этот факт на взаимоотношения США и Европы в последние два-три года, не остается ни малейших сомнений, что британский демарш был подготовкой к предстоящему американскому давлению. Налицо стремление США при поддержке Великобритании свести к нулю влияние Евросоюза и прибрать к рукам его финансовые ресурсы.
Еще в 1964 году американский политолог и социолог Карл Дойч ввел в оборот термин «proxy war – прокси-война» для обозначения войны, которая ведется двумя странами с использованием ресурсов третьей страны и под прикрытием разрешения противоречий внутри этой самой третьей страны. То есть, если говорить попроще, это война, которая ведется чужими руками.

Для американцев именно вариант прокси-войны был самым приемлемым для ослабления России, минимизации политического веса Евросоюза и последующего перераспределения политических и экономических ресурсов в свою пользу. Украина, которую старательно превращали в течение многих лет в анти-Россию, является подготовленным инструментом для этого. В отношении Китая это будет Тайвань. Остается только сетовать на то, что киевскому режиму столько лет мы позволяли создавать и укреплять русофобский плацдарм.
Если несколько углубиться в эту тему, то сразу же приходит на ум сбитый турецким истребителем в ноябре 2015 года российский фронтовой бомбардировщик СУ-24М. Это был явно спланированный инцидент: турецкая сторона особо и не скрывала, что перед этим премьер-министр Турции Ахмет Давутоглу консультировался с президентом США Бараком Обамой и тот одобрил намерение атаковать российские самолеты.

Формальным поводом для атаки было то, что российская авиация действительно при выполнении заданий пересекала узкую полосу воздушного пространства Турции на короткие отрезки времени. Но по неформальным международным договоренностям подобные инциденты считаются допустимыми, и последствия, как правило, ограничиваются замечаниями и разъяснениями на дипломатическом уровне, не звучат даже протесты. Например, за три года до этого сирийскими ПВО был сбит турецкий самолет-разведчик, также на короткое время нарушивший границу, и тогда предшественник Эрдогана на посту президента Турции Абдулла Гюль заявил следующее: «Это обычная практика для боевых самолетов – иногда пересекать и покидать границы, учитывая их скорость… Такие вещи не являют собой дурные намерения, они просто случаются из-за сложности контроля на скоростях реактивных самолетов». В случае с российским бомбардировщиков налицо была аналогичная ситуация, и с турецкой стороны это было явно злое намерение: во-первых, не скрывалась упомянутая консультация с президентом США, а, во-вторых, подчеркнуто демонстрировалась задиристая риторика с явным намерением эскалации конфликта.
Цель этой эскалации была вполне понятной: по мнению зачинщиков, ситуация должна была спровоцировать военный конфликт между Турцией и Россией. Турция является членом НАТО, и конфликт мог разрастись до глобального уровня. Но даже если исключить этот сценарий, то независимо от результатов этого военного столкновения обе страны-участницы вышли бы из него существенно ослабленными и не способными противостоять в дальнейшем диктату США.

С Украиной тот же сценарий. На протяжении восьми лет Запад натравливал Украину на Донбасс, подготавливая прямое вторжение, и если в ситуации с Турцией при помощи экономического давления нам удалось переформатировать весь объем взаимоотношений (кстати, премьер-министр Давутоглу, являющийся, к тому же, одним из лидеров Партии справедливости и развития, был вынужден покинуть свой пост), то по отношению к Украине у Москвы не было иного выхода, как пойти на обострение, при полном осознании, что издержек и жертв не миновать. 24 февраля было объявлено не просто начало спецоперации – в этот день, по меткому выражению одного из политологов, «Россия объявила о своей независимости».

Вполне понятно, что США начали в ответ на это формировать из своих европейских вассалов коллективный фронт для подавления России путем экономической блокады.
Примечательно то, что еще в период вмешательства России в ситуацию в Сирии в 2015 году мировое сообщество восприняло это решение с некоторым удивлением, не говоря уже об откровенной агрессивности Турции. За прошедшие годы ситуация с оценкой политического авторитета России в мире существенно изменилась, и страны, ранее занимавшие откровенно выжидательную позицию, в отношении спецоперации на Украине проявляют довольно ощутимую активность. Намерения Соединенных Штатов объявить блокаду России попросту провалились, а мир разделился на два лагеря: сторонников доминирования западной цивилизации и ее противников во главе с Россией и Китаем.
Украина, как это ни прискорбно, усилиями Запада стала полигоном для пробы сил в набирающем силу глобальном противостоянии. Именно здесь Запад проверяется на устойчивость, именно поэтому он закачивает на Украину тысячи единиц тяжелого вооружения и колоссальные деньги, соизмеримые с государственными бюджетами некоторых стран. И только украинские горе-патриоты считают, что американцы и поляки помогают им отстаивать их государственность и независимость, принося в жертву доминированию своих хозяев тысячи жизней своих сыновей.

Многие политологи называют противостояние сил на Украине принципиальным, когда поражение смерти подобно. Соединенным Штатам и Европе противостоят Россия и Китай, хотя последний старается свою поддержку России не особо демонстрировать: слишком большие средства вложены в совместные с Америкой экономические проекты. Но, тем не менее, Китай, который уже обогнал США по многим экономическим показателям и в темпах развития, открыто заявил, что причиной конфликта на Украине является намерение НАТО нанести ущерб стратегической безопасности России. А сотрудничество с российским военно-промышленным комплексом дает большие и неоспоримые преимущества Китаю и самой России. Штаты всячески пытаются спровоцировать столкновение Китая и Тайваня, но Пекин держит курс на поглощение Тайваня невоенными методами, без подрыва своей экономики.

России и Китаю выгодно ослабление геостратегического конкурента, но следует помнить, что спецоперация России – это только начало глобального противостояния с Западом с колоссальными ресурсными затратами с обеих сторон.
Помимо уже озвученных целей Запад еще усиленно вкладывается во внесение раскола в российское общество. И, к сожалению, приходится констатировать, что эти стремления имеют определенный успех: достаточно посмотреть, как повели себя в последние месяцы некоторые представители так называемой культурной элиты. И, конечно же, понятно, что после завершения спецоперации России придется решать задачи радикального социального обновления. А именно, конвертирование достигнутой победы в новую политическую и управленческую систему и решительное избавление от остатков горбачевско-ельцинского наследия в идеологии, что, в принципе, невозможно без избавления от компрадорской элиты. Представители именно этого сообщества рассматривали Россию как сырьевой придаток Запада и от своего положения получали огромные преимущества и выгоды. И запротестовали они против спецоперации не потому, что так трепетно относятся к русско-украинскому духовному и культурному родству, а потому что почувствовали грядущее переформатирование российского общества, в котором их лидерству нет места.

Спецоперация спровоцировала в самой России начало глубинного социального процесса отделения зерен от плевел, и, самое главное, она показала, что в народе, несмотря на колоссальные духовные потрясения 90-х годов, жива и крепнет гордость за свою страну, за ее историю и за ее былые победы.
Военная составляющая спецоперации, при всей ее значимости, это только верхушка айсберга: победа в ней станет радикальным переломом в мироустройстве. В российском обществе, в российской политике и в российской экономике идет процесс отторжения инородного тела – западной модели духовного развития. У нас свой, вполне обоснованный и веками испытанный эволюционный путь в истории. И этот путь пока что еще не отмечен тлетворными признаками отмирания, характерными для безнадежно стареющей Европы, и ему не присущи хамские признаки американского нуворишества.

 

 

Муса Магомадов 

№39 (3432)